Новости

Концептуальные основы экономической безопасности государства формируются на стыке экономической теории, геополитики и национальной безопасности, представляя собой междисциплинарную область научного знания. В российской академической традиции экономическая безопасность рассматривается как состояние защищённости национальной экономики от внутренних и внешних угроз, при котором обеспечивается экономический суверенитет страны, единство её экономического пространства, условия для реализации стратегических национальных приоритетов. Современные исследователи подчёркивают, что в условиях глобальной турбулентности традиционные подходы к обеспечению экономической безопасности требуют существенной корректировки с учётом появления новых типов угроз, связанных с цифровизацией экономики, климатическими изменениями и трансформацией международных институтов.

Стратегия экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года определяет систему приоритетных направлений, включающих развитие человеческого потенциала, обеспечение экономического роста, научно-технологическое развитие, устойчивость финансовой системы и интеграцию в мировую экономику на взаимовыгодных условиях. Особое внимание в документе уделяется необходимости снижения зависимости от импорта критически важных товаров и технологий, диверсификации экономики и повышения её конкурентоспособности. События 2022-2024 годов продемонстрировали обоснованность данных приоритетов, выявив структурные уязвимости российской экономики в сфере высокотехнологичного производства, электронной компонентной базы и отдельных сегментов фармацевтической промышленности.

Теоретический анализ показывает, что система экономической безопасности включает несколько взаимосвязанных уровней. Макроэкономический уровень охватывает вопросы бюджетной устойчивости, управления государственным долгом, курсовой политики и денежно-кредитного регулирования. Отраслевой уровень фокусируется на обеспечении устойчивого функционирования критически важных секторов экономики, включая топливно-энергетический комплекс, оборонно-промышленный комплекс, агропромышленный комплекс и транспортную инфраструктуру. Региональный уровень предполагает сбалансированное развитие территорий, предотвращение чрезмерной дифференциации и формирование полюсов экономического роста. Микроэкономический уровень затрагивает вопросы защиты прав собственности, корпоративного управления и конкурентной среды.

Современные глобальные вызовы качественно трансформируют содержание угроз экономической безопасности. Санкционные режимы, применяемые против российских компаний и финансовых институтов, создают барьеры для доступа к международным рынкам капитала, технологиям и платёжным системам. Технологическое противостояние проявляется в ограничении доступа к критически важным технологиям, программному обеспечению и оборудованию для высокотехнологичных производств. Финансовая фрагментация выражается в формировании альтернативных платёжных систем, попытках снижения роли доллара в международных расчётах и реструктуризации глобальных финансовых потоков. Климатическая повестка используется как инструмент конкурентной борьбы через введение трансграничных углеродных налогов и ограничений на экспорт углеводородов.

Российская модель обеспечения экономической безопасности в современных условиях базируется на принципах стратегической автономии, развития внутреннего потенциала и формирования альтернативных форматов международного сотрудничества. Стратегическая автономия предполагает достижение критического уровня самообеспеченности по ключевым товарным группам и технологиям, исключающего возможность внешнего шантажа и деструктивного воздействия. Развитие внутреннего потенциала включает мобилизацию научно-технологического, человеческого и природно-ресурсного потенциала для решения задач модернизации экономики. Формирование новых форматов сотрудничества реализуется через укрепление связей с дружественными странами, развитие ЕАЭС, БРИКС, ШОС и других интеграционных объединений, ориентированных на взаимовыгодное партнёрство.

Таким образом, теоретические аспекты экономической безопасности Российской Федерации в условиях глобальных вызовов характеризуются существенным расширением спектра угроз, необходимостью адаптации концептуальных подходов к новым реалиям и формированием комплексной системы мер по обеспечению устойчивого развития национальной экономики. Эффективность данной системы определяется способностью государства оперативно реагировать на изменяющиеся внешние условия, мобилизовать внутренние ресурсы и выстраивать стратегические партнёрства, обеспечивающие реализацию национальных интересов.

Однако современная практика обеспечения экономической безопасности демонстрирует, что даже самые совершенные стратегии теряют эффективность без механизмов их оперативной адаптации к быстро меняющимся внешним условиям. Ключевой проблемой становится не столько разработка концептуальных документов, сколько создание гибкой системы индикаторов раннего предупреждения кризисов и «панели управления» рисками. В этом контексте особую значимость приобретает пороговый метод оценки экономической безопасности, предполагающий сравнение фактических значений экономических показателей с критическими пределами. В российской практике к таким индикаторам относят уровень инфляции, безработицы, дефицита бюджета, государственного долга, износа основных фондов, долю импорта в потреблении и ряд других. События последних лет показали, что мониторинг превышения пороговых значений должен осуществляться не постфактум, а в режиме реального времени с использованием технологий больших данных и прогнозного моделирования.

Отдельным теоретическим и практическим вызовом выступает оценка «цены» обеспечения экономической безопасности. Любое государственное вмешательство — от ограничения импорта до поддержки отечественных производителей — имеет издержки: рост цен, снижение конкуренции, отвлечение бюджетных средств от альтернативных направлений. Задача состоит в поиске оптимума между стремлением к максимальной автаркии (которая в современном взаимосвязанном мире практически недостижима) и поддержанием открытости, обеспечивающей доступ к технологиям и рынкам. Российский опыт 2022–2025 годов показал, что в условиях экстремального внешнего давления критерий «безопасности» временно может доминировать над «эффективностью» — например, при разрыве логистических цепочек и уходе зарубежных компаний государство вынуждено поддерживать отечественных производителей даже с более высокой себестоимостью продукции.

Значительное место в современной теории экономической безопасности занимает анализ институциональных ловушек — устойчивых неэффективных норм и практик, которые воспроизводятся даже при наличии альтернативных более эффективных решений. Классическими примерами таких ловушек в российской экономике являются чрезмерная доля бартерных расчётов в кризисные периоды, устойчиво высокие административные барьеры и избыточная доля наличных денег в обращении. Противодействие институциональным ловушкам требует не столько изменения формальных правил, сколько формирования стимулов для экономических агентов следовать новым, более эффективным нормам — это область поведенческой экономики и эволюционной теории игр.

Переход к цифровой экономике порождает принципиально новые угрозы экономической безопасности, не имевшие аналогов в предшествующие эпохи. Кибератаки на критическую инфраструктуру, дестабилизация платёжных систем, манипулирование данными, утечки персональной информации, монополизация цифровых платформ — всё это требует не только технических средств защиты, но и экономических механизмов управления рисками. Парадокс цифровой экономики заключается в том, что те же технологии, которые повышают эффективность и прозрачность (блокчейн, распределённые реестры, «умные» контракты), могут быть использованы для нанесения экономического ущерба. Поэтому одним из приоритетов становится создание национальной системы управления цифровыми рисками, интегрированной в общую архитектуру экономической безопасности.

Нельзя игнорировать и человеческий фактор: экономическая безопасность в конечном счёте реализуется через решения и действия конкретных людей — чиновников, менеджеров, предпринимателей, потребителей. Коррупция, низкая квалификация, бюрократическая инерция, отсутствие стратегического мышления выступают внутренними угрозами, подчас более опасными, чем внешние санкции. Формирование культуры экономической безопасности, внедрение этических кодексов, ротация кадров, независимый аудит решений становятся столь же важными инструментами, как и традиционные экономические механизмы.

Наконец, важнейшим направлением укрепления экономической безопасности является развитие человеческого потенциала. Инвестиции в образование, здравоохранение, науку, культуру не только повышают качество жизни, но и создают «запас прочности» общества, его способность к адаптации и инновациям. В условиях демографических вызовов и технологических изменений страны, сумевшие выстроить эффективные системы непрерывного образования и подготовки кадров, получают конкурентное преимущество, которое становится фундаментальным фактором их экономической безопасности в долгосрочной перспективе.

Таким образом, концептуальные основы экономической безопасности государства в XXI веке трансформируются от статической защиты от известных угроз к динамической способности адаптироваться и развиваться в условиях неопределённости. Это требует перехода от реактивной к проактивной модели управления рисками, от отраслевого к междисциплинарному подходу, от национальной закрытости к избирательной интеграции с дружественными партнёрами. Экономическая безопасность перестаёт быть только заботой государства – она становится задачей всего общества, бизнеса, науки и каждого гражданина. Именно в синергии этих усилий заложен ключ к устойчивому развитию России в бурном потоке глобальной турбулентности.

Рожков Роман Сергеевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат экономических наук, доцент.

Лопухов Алексей Анатольевич, заместитель заведующего кафедрой «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат технических наук

Зайцев Олег Николаевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат военных наук, доцент

Зельский Алексей Георгиевич, старший преподаватель кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ

Продовольственная безопасность относится к числу базовых составляющих национальной безопасности государства, поскольку обеспечение населения качественными и доступными продуктами питания является необходимым условием социальной стабильности и экономического развития. Российская Федерация в течение последнего десятилетия реализует последовательную политику повышения продовольственной самообеспеченности, что позволило существенно снизить зависимость от импорта и создать устойчивую систему продовольственного обеспечения населения. Доктрина продовольственной безопасности, актуализированная в 2020 году, устанавливает целевые показатели самообеспеченности по основным группам продуктов и определяет механизмы государственной поддержки агропромышленного комплекса.

По мнению доцента кафедры «Безопасность в жизнедеятельности», к.в.н., доцента Зайцева О.Н., современное состояние агропромышленного комплекса России характеризуется значительными достижениями в области производства основных продовольственных товаров. По данным Министерства сельского хозяйства, уровень самообеспеченности по зерну превышает 150 процентов, что позволяет не только полностью удовлетворять внутренние потребности, но и активно экспортировать продукцию на мировые рынки. Россия занимает лидирующие позиции в мировом экспорте пшеницы, демонстрируя конкурентоспособность отечественной продукции. По мясу и мясопродуктам достигнут уровень самообеспеченности свыше 95 процентов, по молоку и молочной продукции показатель приближается к 85 процентам. Производство сахара, растительного масла и картофеля полностью обеспечивает потребности внутреннего рынка с существенным экспортным потенциалом.

Доцент Масалева М.В. отмечает, что вместе с тем сохраняются отдельные направления, требующие дальнейшего развития для достижения полной продовольственной независимости. Импорт плодоовощной продукции, особенно в межсезонный период, остаётся значительным, хотя развитие тепличных хозяйств и технологий хранения постепенно сокращает зависимость от внешних поставок. В сегменте семеноводства и племенного животноводства отдельные категории по-прежнему представлены импортным генетическим материалом, что актуализирует задачу развития отечественной селекции и генетики. Аквакультура, несмотря на динамичный рост последних лет, не полностью покрывает потребности рынка в рыбной продукции определённых категорий.

Механизмы государственной поддержки агропромышленного комплекса включают субсидирование производителей, льготное кредитование, поддержку экспорта и развитие инфраструктуры. Государственная программа развития сельского хозяйства предусматривает комплекс мероприятий по модернизации производственных мощностей, внедрению современных технологий, развитию мелиорации и повышению производительности труда. Льготное кредитование через механизм субсидирования процентных ставок обеспечивает доступность финансовых ресурсов для сельхозпроизводителей различных категорий. Поддержка экспорта сельскохозяйственной продукции реализуется через Российский экспортный центр и включает информационное сопровождение, логистическую поддержку и субсидирование транспортных расходов.

Развитие инфраструктуры агропромышленного комплекса представляет критически важное направление обеспечения продовольственной безопасности. Создание современных логистических центров, холодильных мощностей и предприятий глубокой переработки сельскохозяйственного сырья позволяет снизить потери продукции, увеличить добавленную стоимость и обеспечить стабильное снабжение потребителей.

Доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» ФУ при Правительстве РФ Рожков Р.С. отмечает, цифровизация сельского хозяйства через внедрение систем точного земледелия, автоматизации животноводческих комплексов и цифровых платформ управления агробизнесом повышает эффективность производства и конкурентоспособность отечественной продукции. Развитие органического сельского хозяйства и производства продуктов специального назначения формирует новые рыночные ниши и отвечает растущему спросу потребителей на качественную продукцию.

Экспортный потенциал российского агропромышленного комплекса превратился в значимый фактор внешнеторговой политики и источник валютных поступлений. География экспорта охватывает страны Ближнего Востока, Северной Африки, Юго-Восточной Азии и постсоветского пространства. Продвижение российской сельскохозяйственной продукции на новые рынки требует выполнения международных стандартов качества, развития системы сертификации и формирования позитивного имиджа отечественной продукции. Участие в международных выставках, создание торговых представительств и заключение межправительственных соглашений о сельскохозяйственном сотрудничестве способствуют расширению экспортных возможностей.

Социальное значение продовольственной самообеспеченности выражается в обеспечении физической и экономической доступности продовольствия для всех категорий населения независимо от внешнеполитической конъюнктуры. Устойчивое функционирование агропромышленного комплекса создаёт рабочие места в сельской местности, способствует развитию регионов и сохранению сельского образа жизни. Доступность качественного продовольствия влияет на здоровье нации, демографические процессы и общественное благополучие. Таким образом, продовольственная самообеспеченность представляет собой комплексный фактор социально-экономической стабильности, обеспечивающий реализацию конституционных прав граждан и укрепление суверенитета государства.

Однако достигнутые показатели самообеспеченности не должны создавать иллюзию отсутствия проблем. В условиях климатических изменений, роста частоты засух, наводнений и аномальных температурных явлений устойчивость агропромышленного комплекса подвергается серьёзным испытаниям. По данным Росгидромета, за последние пять лет количество опасных агрометеорологических явлений в основных сельскохозяйственных регионах России увеличилось на 18%. Это требует не только совершенствования систем страхования и создания резервных фондов, но и внедрения адаптивных технологий земледелия: засухоустойчивых сортов, влагосберегающих методов обработки почвы, новых систем мелиорации. Государственная программа вовлечения в оборот неиспользуемых сельскохозяйственных земель, рассчитанная до 2030 года, предполагает возврат в севооборот более 13 миллионов гектаров, что также сопряжено с необходимостью восстановления мелиоративных систем и почвенного плодородия.

Отдельным вызовом остаётся зависимость от импорта семенного материала. По ряду культур (сахарная свёкла, подсолнечник, кукуруза) доля иностранных семян до сих пор превышает 50–70%, хотя в пшенице и ячмене отечественная селекция занимает доминирующее положение. Национальная программа развития селекции и семеноводства ставит целью к 2030 году снизить зависимость от импортных семян основных сельскохозяйственных культур до 25-30%. Для этого создаются селекционно-семеноводческие центры, субсидируются научные исследования и внедряется система ускоренного сортообновления. Однако селекция – инерционная сфера: от создания нового сорта до его массового внедрения проходит не менее 5-7 лет, поэтому реальные результаты станут заметны лишь во второй половине текущего десятилетия.

Не менее значимой проблемой является технологическое отставание в сфере хранения и переработки сельхозпродукции. По оценкам экспертов, потери плодоовощной продукции при транспортировке и хранении достигают 20–30% от урожая из-за недостатка современных овощехранилищ с контролируемой атмосферой. В молочной отрасли значительная часть сырого молока перерабатывается на устаревшем оборудовании, что снижает качество готовой продукции и её конкурентоспособность. Государственная поддержка кооперации и создание логистических распределительных центров (таких как «Плодоовощной союз» в Московской области) постепенно меняют ситуацию, но масштаб необходимых инвестиций оценивается в сотни миллиардов рублей.

По мнению Романченко Л.Н., важным направлением укрепления продовольственной самообеспеченности становится развитие малых форм хозяйствования – фермерских хозяйств, личных подсобных хозяйств и сельскохозяйственных потребительских кооперативов. Именно на них приходится более 40% производства картофеля, 35% овощей, значительная доля молока и мяса в отдельных регионах. Однако доступ малых производителей к рынкам сбыта, кредитным ресурсам и инфраструктуре хранения остаётся ограниченным. Программа «Агростартап», гранты на развитие семейных животноводческих ферм и субсидирование кооперативов способствуют вовлечению малых форм в товарное производство, но нужна более активная работа по созданию кооперативных объединений, внедрению цифровых платформ прямой торговли с сетевыми ритейлерами и развитию ярмарочной торговли.

В контексте глобальной продовольственной нестабильности, вызванной ростом цен на удобрения, энергию и логистику, роль России как стабильного поставщика продовольствия на мировой рынок приобретает стратегическое значение. В 2024 году российский экспорт сельхозпродукции превысил 45 миллиардов долларов, и страна вошла в тройку крупнейших поставщиков пшеницы, ячменя и подсолнечного масла. Однако укрепление этой позиции требует преодоления санкционных ограничений в сфере финансовых расчётов, страхования грузов и доступа к портовой инфраструктуре. Развитие собственного торгового флота, создание национальной системы агрострахования и переход на расчёты в национальных валютах с партнёрами по БРИКС и ЕАЭС – необходимые шаги для сохранения и наращивания экспортного потенциала.

Ещё одним важным аспектом продовольственной самообеспеченности является качество и безопасность продовольствия. Ужесточение требований к остаточному содержанию пестицидов, антибиотиков и ГМО, внедрение систем прослеживаемости «от поля до прилавка» и развитие органического сельского хозяйства становятся не только элементами защиты здоровья граждан, но и конкурентными преимуществами на внешних рынках. За последние три года площадь органических сельхозугодий в России выросла на 60%, и страна начинает завоёвывать нишу экологически чистой продукции на рынках Европы и Ближнего Востока, несмотря на логистические сложности.

Подводя итог, можно утверждать, что продовольственная самообеспеченность России за последнее десятилетие превратилась из декларируемой цели в реально достигнутый результат по большинству ключевых позиций. Однако сохранение и укрепление этого статуса требует постоянного внимания к новым вызовам: изменению климата, технологической модернизации, снижению импортозависимости в семеноводстве и селекции, поддержке малых форм хозяйствования, развитию инфраструктуры хранения и переработки, а также наращиванию экспортного потенциала в условиях турбулентной мировой экономики. Лишь комплексное решение этих задач позволит продовольственной безопасности стать прочным фундаментом социально-экономической стабильности и геополитического суверенитета Российской Федерации.

Рожков Роман Сергеевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат экономических наук, доцент.

Масалева Мария Владимировна, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат технических наук

Зайцев Олег Николаевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат военных наук, доцент

Романченко Леонид Николаевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат военных наук, доцент.

Финансовый сектор представляет собой критически важный элемент экономической инфраструктуры, обеспечивающий мобилизацию и распределение финансовых ресурсов, функционирование платёжных систем и трансмиссию денежно-кредитной политики. События 2022 года, связанные с отключением ряда российских банков от системы SWIFT, блокировкой активов и ограничением операций с международными платёжными системами, продемонстрировали уязвимость интеграции в глобальную финансовую инфраструктуру и актуализировали задачу создания суверенной финансовой системы. Модернизация финансового сектора и защита национальной платежной системы стали приоритетными направлениями обеспечения экономической безопасности Российской Федерации.

Национальная платёжная система, основанная на платёжной системе «Мир», продемонстрировала свою жизнеспособность и эффективность в условиях ограничения работы международных платёжных систем на территории России. Количество эмитированных карт «Мир» превысило 140 миллионов, система обеспечивает проведение всех видов платёжных операций внутри страны и постепенно расширяет географию международного признания через соглашения с платёжными системами дружественных стран. Развитие национальной платёжной инфраструктуры включает модернизацию процессинговых центров, внедрение технологий бесконтактных платежей и создание экосистемы финансовых сервисов на базе российских технологических решений.

Система быстрых платежей, запущенная Банком России, обеспечивает мгновенные переводы между физическими лицами по номеру телефона с минимальной комиссией, что способствует развитию безналичных расчётов и повышению финансовой доступности. Интеграция системы быстрых платежей с торгово-сервисными предприятиями через QR-коды формирует альтернативу традиционным эквайринговым решениям и снижает издержки бизнеса. Перспективы развития включают трансграничное взаимодействие систем быстрых платежей России с аналогичными системами стран ЕАЭС, БРИКС и других партнёров, что создаст основу для независимых от западной инфраструктуры международных расчётов.

Цифровизация финансового сектора охватывает внедрение облачных технологий, искусственного интеллекта, биометрической идентификации и технологий распределённых реестров. Единая биометрическая система позволяет гражданам дистанционно получать финансовые услуги в любой точке страны без необходимости личного присутствия в офисе банка, что особенно актуально для удалённых территорий. Применение искусственного интеллекта в кредитном скоринге, выявлении мошеннических операций и персонализации финансовых продуктов повышает эффективность деятельности финансовых институтов и улучшает качество обслуживания клиентов. Технология распределённых реестров исследуется для создания цифровых финансовых активов, организации операций с ценными бумагами и обеспечения прозрачности финансовых транзакций.

Регулирование финансового сектора эволюционирует в направлении сбалансированного сочетания обеспечения стабильности, защиты прав потребителей и стимулирования инноваций. Концепция пропорционального регулирования предполагает дифференциацию требований в зависимости от масштаба и специфики деятельности финансовых организаций. Регулятивные песочницы позволяют тестировать инновационные финансовые продукты и технологии в контролируемой среде с временными послаблениями нормативных требований. Макропруденциальное регулирование направлено на предотвращение системных рисков и обеспечение устойчивости финансовой системы в целом через инструменты управления ликвидностью, достаточностью капитала и кредитными рисками.

Таким образом, модернизация финансового сектора и защита национальной платёжной системы представляют собой многоаспектный процесс, включающий технологическое перевооружение, развитие суверенной финансовой инфраструктуры, цифровизацию и совершенствование регулирования. Эффективная реализация данных направлений обеспечивает устойчивость финансовой системы к внешним рискам, способствует экономическому развитию и укрепляет финансовый суверенитет Российской Федерации.

Однако формирование суверенной финансовой инфраструктуры не сводится лишь к дублированию привычных платёжных инструментов. Ключевым направлением модернизации становится внедрение принципиально новых технологических решений, способных не только заместить утраченные возможности, но и обеспечить опережающее развитие.

В этом контексте особого внимания заслуживает проект цифрового рубля – третьей формы национальной валюты, эмитируемой Банком России в виде уникальных цифровых кодов. В отличие от безналичных денег, которые представляют собой записи по счетам в коммерческих банках, цифровой рубль является прямым обязательством центрального банка и обращается на собственной платформе. К концу 2025 года пилотный проект цифрового рубля охватил уже более 30 банков-участников и несколько сотен тысяч граждан в режиме реальных операций. Возможность программируемых платежей – когда условия перевода (например, целевое назначение или срок использования) закладываются в сам цифровой рубль — открывает новые горизонты для государственных социальных выплат, бюджетного финансирования и корпоративных расчётов. Это снижает риски нецелевого использования средств и упрощает контроль за исполнением контрактов.

Не менее значимым вызовом для финансового сектора является обеспечение киберустойчивости в условиях роста числа атак на критическую инфраструктуру. По данным Банка России, в 2024 году количество DDoS-атак на финансовые организации возросло в 2,5 раза по сравнению с предыдущим годом, а число попыток хищения средств через системы дистанционного банковского обслуживания превысило 1,2 миллиона. В ответ на эти угрозы была создана национальная система антифрод-мониторинга – платформа «Знай своего клиента», которая позволяет банкам обмениваться информацией о подозрительных операциях и блокировать транзакции «серых» и «токсичных» контрагентов. За 2025 год с помощью этой системы удалось предотвратить хищения на сумму более 45 млрд рублей.

Однако злоумышленники также эволюционируют: использование методов социальной инженерии, создание фальшивых кол-центров и подмена телефонных номеров требуют постоянного совершенствования алгоритмов выявления мошенничества. Внедрение сервиса «Антифрод-мобильный» и обязательная маркировка звонков от банков – лишь первые шаги на пути к созданию среды доверия в цифровом финансовом пространстве.

Отдельным направлением защиты национальной платежной системы является развитие собственной системы передачи финансовых сообщений (СПФС), созданной Банком России после рисков отключения от SWIFT. К началу 2026 года к СПФС присоединились более 500 организаций из 20 стран, включая Беларусь, Казахстан, Армению, Киргизию, Таджикистан, Кубу, Венесуэлу и ряд других государств. Объём сообщений, переданных через СПФС, в 2025 году вырос на 67% и составил эквивалент около 18% от общего объёма международных расчетов России.

При этом система функционирует в круглосуточном режиме, обеспечивает передачу сообщений в форматах как SWIFT, так и национальных стандартов, что позволяет постепенно отказываться от использования иностранной инфраструктуры без потери качества и скорости. Техническая архитектура СПФС предусматривает децентрализованное хранение данных и многоуровневую защиту, что делает её более устойчивой к санкционному давлению и попыткам отключения.

Цифровая трансформация финансового сектора также затрагивает вопросы формирования новой модели надзора. Банк России переходит от «реактивного» контроля, основанного на анализе отчетности постфактум, к «проактивному» мониторингу на основе больших данных и машинного обучения. Созданная система удалённого доступа к данным финансовых организаций позволяет регулятору в реальном времени отслеживать ключевые показатели ликвидности, достаточности капитала и рисков концентрации. Это особенно важно для некрупных банков, которые ранее могли скрывать проблемы до момента наступления кризиса. Внедрение риск-ориентированного подхода к надзору привело к тому, что количество плановых проверок снизилось на 30%, но при этом эффективность выявления нарушений выросла на 22% — за счёт фокусирования на действительно высокорисковых участках.

Важным аспектом финансового суверенитета является развитие собственных платёжных и расчётных систем в рамках региональных объединений. Проект «Мост БРИКС» – создание платформы для расчётов в национальных валютах стран-участниц – находится в активной стадии разработки. Россия, Китай, Индия, Бразилия и ЮАР согласовали техническую архитектуру, основанную на принципах децентрализации и взаимного доверия. В отличие от существующих западных систем, платформа БРИКС использует технологию распределённых реестров, что исключает доминирование какой-либо одной стороны и снижает транзакционные издержки. Ожидается, что пилотный запуск проекта состоится уже в 2027 году, и это станет серьёзным шагом к дедолларизации международных расчётов и созданию альтернативного центра финансовой силы.

Однако технологическая модернизация невозможна без качественного изменения кадрового потенциала финансового сектора. По оценкам Ассоциации российских банков, дефицит специалистов в области кибербезопасности, анализа данных и разработки финансовых платформ составляет более 35 тысяч человек. Это при том, что заработные платы в этих сегментах уже превысили среднерыночные в 2-3 раза. Проблема усугубляется оттоком квалифицированных кадров за рубеж и недостаточной гибкостью образовательной системы. В ответ на это Банк России совместно с ведущими вузами (Финансовый университет, НИУ ВШЭ, МГУ) запустил программу переподготовки «Цифровой финансовый инженер», которая за два года выпустила около 5 тысяч специалистов. Однако этого всё ещё недостаточно для покрытия растущих потребностей отрасли.

Ещё одним вызовом является фрагментация финансового рынка и появление «теневых» цифровых платёжных систем. Параллельно с легальной инфраструктурой развиваются неконтролируемые криптовалютные обменники, P2P-платформы и нелегальные трансграничные переводы. По данным международных организаций, объём криптовалютных операций с участием российских резидентов в 2025 году превысил 50 млрд долларов, значительная часть которых уходит в серую зону. Регулятор стоит перед сложным выбором: полный запрет криптовалют толкает бизнес в тень, а легализация создаёт риски отмывания капитала и утечки капитала. Экспериментальные правовые режимы (например, в Москве и Татарстане) позволяют тестировать механизмы контролируемого оборота цифровых валют на ограниченных территориях. Опыт этих пилотов покажет, возможно ли интегрировать криптоактивы в регулируемое русло, не подрывая финансовую стабильность.

В заключение следует отметить, что модернизация финансового сектора и защита национальной платёжной системы — это не статичная задача, а перманентный процесс адаптации к меняющимся рискам и технологическим возможностям. Созданная за последние годы инфраструктура («Мир», СБП, СПФС, биометрия, цифровой рубль, антифрод-системы) уже доказала свою эффективность в условиях экстремального санкционного давления. Однако для сохранения лидерства необходима синхронная работа по нескольким направлениям: ускоренное внедрение программируемых платежей и смарт-контрактов; расширение международного взаимодействия на базе технологий распределённых реестров; подготовка кадров нового поколения; совершенствование механизмов выявления и блокировки мошеннических схем; разумное регулирование криптовалют. Только комплексный подход позволит превратить финансовый сектор из уязвимого звена в один из самых защищённых и инновационных сегментов российской экономики.

Рожков Роман Сергеевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат экономических наук, доцент.

Масалева Мария Владимировна, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат технических наук

Зайцев Олег Николаевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат военных наук, доцент

Романченко Леонид Николаевич, доцент кафедры «Безопасность жизнедеятельности» Финансового университета при Правительстве РФ, кандидат военных наук, доцент